Остатки трипа -здесь. Было невыносимо тяжело иногда Всем не просто плевать, а просто невозможно представить. Посему – без разговоров на эти темы. Впереди месяц в городе перебежками.
Тпруууу!
Остатки трипа -здесь. Было невыносимо тяжело иногда Всем не просто плевать, а просто невозможно представить. Посему – без разговоров на эти темы. Впереди месяц в городе перебежками.
Тпруууу!
Накатались по козьим тропам. Снаружи, да, кажется нормально ;)
Ну и вот… три метра у него в размахе крылья, больше особо то и сказать нечего.
Когда спишь в каких-то дурнопахнущих сельсоветах, потом днями трясёшься по камешкам – всегда хочешь-не хочешь, думаешь о чем написать. А потом понимаешь, что не о чем, в общем-то. Точнее, совсем не хочется. Что это изменит? Что прибавит, что убавит? Я не просто уже «в другом месте живу», я и в месте то ни в каком не живу, если разобраться. Друзей с «кругом общих интересов» у меня по близости, в принципе, нет, если вычеркнуть работу. Собственно, ни о чем из этого не жалею.
В айле оказалось аж две живых души – занимавшихся высматриванием округи с крыши сарая. Санжаа немедленно вышел их поприветствовать и в ходе непринужденной беседы, там же, на крыше, как он мне потом рассказал…
Познакомился с девушкой Зулой, с которой они даже как-то успели договориться встретиться ночью на болоте (Сэр Генри Баскервиль просто отдыхает)
Обманула конечно ;) В общем, лагерь прибыл с мигалками, как положено, где-то в районе полуночи, а посему, мы устроились в известном уже мотеле на ночлег. Утром вот такой чудесный ребёночек рядом гулял. Может быть и мальчик и девочка. Я уже так накалывался.
Вот, в общем, и все. Камера действительно – дрянь. В интернете не появлюсь, скорее всего, ещё дней 6, ударяясь в кулинарию из остатков запасов, а затем, двигаясь на север.
Попетляв, мы все же оказались быстрее колонны машин из лагеря, а позже выяснилось – гораздо быстрее.
Птичка, между прочим, огромная. Как я её в эту кривую мыльницу поймал – непостижимо.
В суме Бигер, куда мы приплелись опять быстрее всех, пошли в гуанз и натрескались цуйвана. Не такого хорошего, как давеча. Вот нам цай несут.
А это и сам цуйван.
Разморило на солнышке, решили найти полянку рядом с болотом и прилечь. Лагерь то не едет и не едет. Наткнулись на айль возле болота. Вот так выглядит стратегическое топливо, запасенное на зиму.
В лагере теперь интернета нет, а 3G модем в алтайских горах – штука бесполезная (плюс, спасибо сисадмину, который контракт оформлял – конечно он ничего не продлил). Приехал в город-герой Алтай, ответил на все мейлы, закачал данные. В комнате так холодно, что буду пить водку (немного). Вот фото с момента моего исчезновения.
Назовем это фото «American dream». Ведь похоже, да? До самой смерти – с отличными зубами!
Мы отправились вперёт переезжающего лагеря, а посему, могли петлять, как хотим. С громадным удовольствием, я наконец признал местность и заодно понял, что знаю все окресные дороги. Вот одна из них – в ущелье.
Это «только в Монголии» , сигналище с разных спутников просто выпрыгивает из джипиэски.
Ну а признав местность, нельзя не посетить её памятные места. Рядом с сумом Чандмань есть памятник, который когда-то благодарный сын поставил своему отцу. Памятник – великолепный, со словами песни и нотами на нем, высеченым лицом и словом «папа» на многих языках. Так уж повелось, что прочие люди воспринимают этот памятник уже более абстрактно – как памятник в честь всех отцов, а поскольку, я папа двух очаровательных деток (младшая выучила слова «яйца» – про продукт и «урод» – про водителей автобусов), то в полной мере насладился мигом посещения этого необычного места, где бывал раз 15, это точно.
То, что мы офигенно высоко где-то понятно было только по приборам. Двигались бодренько, вот уже и огни «большого города» скоро покажутся где-то внизу. Насобачился делать маршрутики на GPS бфстренько, Санжаа балдеет. Монголы, конечно, ориентируются прекрасно, но ночью это у них не работает, как не может работать вообще ни у кого, так что, хреновина на лобовом стекле очень кстати. Я могу дремать, а оно пищит на точках маршрута и сквозь сон понимаю: нормалёк, все по плану.
Приперлись около 12, купили консерв в магазине, ибо едальни все закрыты, ну и по «што крамм». Непривычно холодно, разреженный воздух. Алтай – самый высокий город в Монголии, точнее, самый высокий областной центр. С высотой у меня отношения особенные, я от неё прусь, как кот от валерьянки, но недосып предыдущей ночи делает своё дело, зарубило нас капитально и до 11 часов утра. Отыскали чудо-отель, новый корпус гостиницы Sutai, это он так снаружи выглядит, а внутри все клёво, как нигде больше в Монголии, кроме Терелжа, наверное.
Утром Санжаа был послан заплавляться и доставить еды, а я писал отчеты и брил бошку, ибо, понравилось. В городе – ничего примечательного, есть немного «архитектуры» с прошлого года в альбоме, упс, а я не выкладывал этого оказывается. Ну, ладно, Алтай, как Альтай… вы покидаете его.
Покрасовались по пути назад. Это конечно Пушкин на фото.
Поужинали в 30 км от лагеря в знакомом Гуанзе у реки. Самый вкусный в Монголии цуйван – здесь. Подкидываю адресок: WGS84 UTM z47N 0525264E 5077330N.
Работа здесь заканчивается, скоро откочуем туда, где бывали – на Алтай. Красиво там, зараза…
В общем, упоминания женской анатомии (особенности монгольского слэнга) били все рекорды, когда мы привели буровиков на заранее спроектированную и уже размеченную флажками линию. Не любят они булыжники. В общем, побурчали и начали бурить.
Дамочка с берданкой тульского завода берданок. Бьют там диких коз и тарбаганов. Нельзя, вообще-то но им забить на это дело.
Искали дорогу через болото и поочередно заседали в грязи. Хорошо, что у одного из круизёров была лебёдка рабочая.
Отважный Санжаа пытается отыскать сухую комбинацию.
Другой конец линии, почти закат. Ребята поехали налево, а мы решили опробовать отысканную по Google Earth дорогу напрямки через горы – в столицу аймага, город-герой Алтай, где я однажды даже бывал.
Ездили по делам в другую провинцию большим табором. Мы, машина взрывников, одна буровая – «Урал» и шэф буровиков, хороший дядька. Медик, кстати. Маршрут известный – сум Бигер, это в Гоби-Алтае. В памяти флэшбэком ожило, что я на самом деле там был в прошлом августе – мы ещё вина купили облепихового и от стакана его потом голова болела невообразимо. Ну, так вот… Буровики медленно тащились, мы даже шутили, каждый раз обогнав на несколько километров и остановившись – подождать: «ребята, быстрее, у вас вон 6 колёс, а мы так много не писаем». Собственно, природа.
Как они растут – не понятно. Но растут и разукрашивают Гоби во все цвета.
Lumix DMC-FT1 – отстой, но рулит в своей категории мыльниц-плоскодонок с широкоугольными объективами. Смотрите как облака со снежными вершинами Алтайского хребта перемешались.
Кто-то аккуратно выкинул ботиночки, а тут и Пушкин с камерой. Не я же это был!
Невиданное дело: монголы заготавливают сено! В Алтае ещё и не такое увидишь!
Пора заканчивать сейсмику, вон, даже журавли свалили.
Часть нашего кокпита, так сказать. Кружка-грелка – вещь, но если мотор заглушить, то капец аккумулятору. Ещё раз: коробка автомат – не роскошь, а необходимость в горах. Человек с ручкой в одной руке и сигаретой или мобильником в другой – потенциальный убийца в городе и самоубийца в горах. Речь, конечно, об автоматах в правильных японских машинах.
Сейчас следующую порчию проявлю, руки просто в язвах от фиксажа уже.
Окраины сума Бигер. В общем – ничего, только болота ещё.
Говь-алтайские вечера.
На постое мы были в местной гостинице (!!!). Это крайне нетипичное для Гоби заведение, где по вечерам нету света, а в мобильном сигнале отсутствует GPRS составляющая, подарило несколько часов на размышления. Меняется моя Монголия, как ни печально, в сторону «не моей». Два года назад, я с особым и ненаигранным восторгом рассказывал об удивительной черте монголов – отсутствии рвачества, которым заражена и тяжело больна моя Родина. Как пример, я приводил и эти места, куда привезти что-то из столицы – чрезвычайно тяжело, особенно в распутицу, ведь дороги часто проходят по дну огромных каньонов. Так вот, помню, видел в таких местах пиво с наценкой чуть ли не 5% всего, от столичной и чувствовалось, что это потому что иначе – «перед людьми будет неудобно». Как и сдвухдолларовыми джинсами в Москве уже за 100, подмосковными огурцами, что дороже эквадорских бананов, как и с чем-то «столичным» в глухомани, да и в Шереметьево, здесь люди платили бы больше или намного больше – деваться то не куда. Но было совестно. Было, да перестало. Потому что, вот он вкус рыночной экономики – никуда ты не денешься, а спасибо в карман не положешь. На самом деле, в голом виде, это звериный закон, вымывающий людей до дна в их попытках выжать по максимуму из других. Его «легитимность» вполне фигурально имеет право на жизнь бездумным взором на «зрелые демократии», где есть бизнес-традиции и конкуренция, удерживающие эту примитивную формулу в узде. Там же, где этого по историческим причинам нет, зарождается, растет и начинает процветать рвачество. Российский сценарий. Вроде и «страна богатая», только чтоит все ужасно дорого и каждый ларёчник считает, что за год с оборота он должен купить недешёвую квартиру и машину. «Живи сейчас – плевать на остальных, потому что они тебя не накормят» – такой вот лозунг. Прощай, старая Монголия. Дальше будет только хуже, с немотивированным ростом цен, и как бы, видимым богатством, построенным на обирании друг друга до нитки, если только есть доступ к такому каналу. Итак, вот он «отель». Писать – снаружи, вода из умывальника, однако, уже отель. Бутылка воды – около доллара (это в пять раз больше чем в УБ вроде бы), пачка сигарет – на доллар дороже.
Таак, 11-03, местное время. Проснулись пидорасы (не буду их называть нехорошими людьми, пусть на меня хоть полсвета обидится). Значит интернета у меня практически нет. Ну что же, за ночь написано 4 отчета, получена порция сна в 3 ч 30 минут длятельностью, а вы – получили эти картинки. Нет-нет, не жертва, просто кофе перепил вечером. Итак, постирушки. Пусть мне повезёт увидеть не 10 человек в очереди перед стиральной машинкой в душевом контейнере… Спасибо всем, кто читает! Я вижу ;)
В эту поездку дважды выручал алин подарок – бинокль. Иногда сложно разглядеть дорогу среди холмов или болота, как в этом случае. Мы достигли сума Бигер и выехали на проектируемую сеймолинию в тот же день, чтобы осмотреться. С удивлением заметил по GPS, что рядом сум Халиун, в котором я бывал, а буквально через гору – Чандмань, где я катался ночью на «делике». Автомобильный альтиметр почти все время на 2000м.
После гарцевания по сухому болоту с кочками из глины, рамное крепление амортизатора отвалилось и на местной стройке мы ждали пока все появятся где-то час. Это- жена одного из строителей, они приехали семьями. Чтобы строилось веселее наверное.
После Индонезии лицо обрастает до такой степени за 2 недели. Что с этим делать – не знаю. Ждём и ждем.
Ещё ри часа проходят в попытках завести дизель, питающий, так необходимую нам сварочную машину. По ходу дела, я объясняю Санже, что его версия о «холодном двигателе» несостоятельна, ибо у дизеля нет свечек. Убогий китайский мотор никак не хочет заводиться. 
Работа в разгар дня на стройке происходит вот так. Иногда, строители берут в руки инструменты и что-то делают, будто бы опомнившись, возвращаются к старому занятию, точнее его отсутствию. Наш сегодняшний визит к ним выявил дополнительную причину для ничегонеделанья – сломанный сварочный аппарат, пусковую ручку которого все по очереди крутили. Мучаясь с утра легкой головной болью от перекура, я обозначил для окружающих свое полное незнание монгольского, чтобы не приставали.
А так в строительном городке стирают и моют волосы. В общем, наверное чисто получается. Не дай Бог попробовать.
Культурно-технологический центр сума Бигер. Электричество бывает несколько раз в день. А мы отремонтировались и снова – на позицию.
Вот, кстати, нашли другой сварочный аппарат. Трубка с бензином (а зверь у нас бензиновый, а не дизель) проходит в 5 см. от точки сварки. Вообще-то, это безумие, но крепление – на раме, а трубки, понятно, никто снимать не будет.
Скромный ланч в горах. Консервированная конина – вещь!